Черный тюльпан" - это не только знаменитая песня Александра Розенбаума; это еще и серый, с закрашенными окнами УАЗик КАТП, который собирает по городу трупы с ДТП и мест преступлений и на котором выезжают бригады по уничтожению собак, в том числе бродячих. На сей раз в рейд по уничтожению собак отправился и "Плюс", чтобы проследить технологию процесса и описать эту часть работы КАТП, а также развеять несколько устойчивых мифов. А выводы предоставляем сделать читателю.
Нас трое - журналист, водитель Виктор и специалист по "отстрелу" Андрей. У него сегодня день рождения, а приходится работать... "Мы уже не пользуемся запрещенным препаратом дитилином, - объясняет мне Андрей, а используем суксаметония хлорид. " Когда я замечаю, что это, по сути, одно и то же, он не находит, что ответить. По дороге много раз встречаем гуляющих собак, но наша машина равнодушно проезжает мимо. Я-то, по наивности своей, думал, что бригада уничтожает всех собак, которых встретит на пути. Оказалось, все не так. По пути мы лишь забираем мертвых собак и кошек, сбитых машинами, причем молодежь издали удивленно-насмешливо кричит: "Что, на беляши?!"Сначала выполняются заявки на уничтожение ДОМАШНИХ собак. Да, да, есть и такие, более того, их большинство! Сначала мы едем в Беленькое. Там хозяин решил отделаться от двух собак, живущих в вольерах на огромной огороженной территории, на том основании, что они из вольеров вылезают и бегают по улицам. Возникает вопрос, не проще ли было бы отремонтировать вольеры... Но это уже область этики.
"У нас ведь люди какие, - сетует по дороге Андрей, - вызвать нас для уничтожения животного или чтобы убрать уже мертвого, стоит всего три пятьдесят! А люди бросают своих дохлых собак, а то и коз, где попало, например, засовывают их в трубы водосброса! Особенно это касается Беленькой, Ясногорки и других районов с частными домами. А нам приходится убирать, когда все это уже изрядно "благоухает", теперь ведь не зима! Неужели так жалко тот несчастный трояк?"
МИФ ПЕРВЫЙ: СОБАК ДУШАТ ПЕТЛЕЙ ИЛИ ВИЛАМИ:
Но вот мы на месте. Впервые вижу средство уничтожения собак - духовую трубку-шприцемет. На вид это обычная железная трубка длиной в метр и диаметром около сантиметра. На самом деле это чудо техники имеет нарезной ствол для дальности полета и силы удара шприца. Трубка стоит 80 гривен, один шприц для нее - 24 гривни, все это поставляется из Киева. Прицельная дальность стрельбы - три-пять метров. В нее просто дуют, как южноамериканские индейцы. Андрей разводит кипяченой водой порошок суксаметония хлорида и объясняет: "Некоторые любители животных распускают слухи о том, что мы, якобы, разводим раствор большим количеством воды, чем нужно, вроде как экономим... На самом деле наоборот. Положено разводить в 80 граммах воды, а я развожу в 60. Чтобы уж сразу и наверняка. А то еще собака убежит со шприцем, а он дорого стоит. У нас раз была ситуация, что шприцы кончились, остался один, а денег на закупку не было. Так с одним месяц и работали, тряслись над ним. А собак уничтожаем штук по двадцать в день!". Но вот ружье заряжено и хозяин начинает фальшиво-ласковым голосом подзывать собаку. Но крупный пес, помесь ротвейлера и овчарки, подозревает подвох и прячется в будке, а в вольер заходить боится и хозяин. Беременная собака во втором вольере, помесь овчарк и и дворняги, оказывается более доверчивой. Хотя Андрей говорит, что в случае удачного попадания в шею собака погибает через 15 секунд, этот выстрел оказывается явно неудачным. Он попадает в бок, собака падает через несколько секунд, но агония животного длится около двадцати минут. Собака задыхается, бьется в судорогах, у нее начинается отделение мочи и фекальных масс - типичные признаки смерти от удушья. Когда собаку кидают в мешок, она не шевелится, но глаза ее не стекленеют, как у мертвых. Второй пес после выстрела убегает и падает где-то в высоком прошлогоднем бурьяне. Найти его не удается.
Второй заказ - красавец - пятилетний рыжий кобель кавказской овчарки, который дважды покусал хозяйку и ее нетрезвого зятя. "У них сейчас гульки, и он звереет, - говорит хозяйка, а когда я прочитала в газетах о случае в Малотарановке, то решила от него избавиться". На сей раз выстрел попадает в грудь, и через пять минут все кончено. Синий язык, вывалившийся из пасти пса, опять указывает на удушье... Гуманнее, конечно же, было бы вызвать ветеринаров, но они, по словам работников КАТП, берут за выезд 50 гривен, за укол - 35 гривен, да еще и мертвую собаку не забирают. Что выберут люди, да еще при нынешней дороговизне - вызвать ветеринаров или КАТП за 3,5 гривни, догадаться нетрудно.
"Жаль собаку, - вздыхает Андрей, - такой красавец! А что делать? А ее зять мог бы держаться подальше, ведь всем известно, что собаки пьяных не любят".
Затем "забрали", как выражаются КАТПшники, в Беленьком собаку, хозяин которой долго объяснял нам, что четыре раза уже его травил, "а он, гад, никак не травится, и своих кусать начал". Следующими заказами стали собака без передней лапы и старая собака с неизлечимой болезнью. "Ну когда таких заказывают, я еще могу понять, продолжает Андрей, а таких, как тот кавказец, - жалко. У меня у самого такой".
МИФ ВТОРОЙ: КАТП ОТСТРЕЛИВАЕТ КОТОВ И СОБАК В ОШЕЙНИКАХ
Собак в ошейниках, как выяснилось, никогда не трогают, мало ли, возможно, просто чья-то собака из-за дома выскочила или отбежала от хозяина на прогулке. А потом придет человек и устроит скандал, такие случаи уже бывали. Даже по триста долларов требовали и судом грозились, но до суда, правда, дело не дошло. Кошек же вообще не стреляют, потому что они маленькие и живучие. После выстрела кошка успевает убежать и забиться в трубу или подвал, а затем ни ее извлечь оттуда, ни шприц забрать невозможно. Кошек, правда, иногда травят, но и тут надо подгадать так, чтобы не истребить домашних и не вызвать волну жалоб и протестов. "Вот от яда они действительно умирают несколько часов, а то и суток", - замечает Андрей.
Часа через два наступает время отстрела собак на улицах, жители которых жаловались на засилье бродяжек. Это уже на Лазурном. Вот тут уже начинается настоящая "охота" - и скрадывание "дичи", и отвлечение ее внимания, чтобы подойти на верный выстрел, и маскировка за машинами или деревьями... Здесь "забрали" четырех собак, и наконец конечная цель путешествия - городской свалочный полигон. "Работа наша грязная и неблагодарная, - делится по дороге Андрей, - многие люди звонят и просят избавить их от собак, а когда приедем - другие начинают кричать и обзывать нас живодерами... но ведь кому-то надо делать и эту работу. А на другую сегодня не устроиться". " Я, когда пришел, долго не мог привыкнуть, - добавляет Виктор, водитель, - у меня даже сахар от переживаний поднялся. А ведь мы не только собак, но и трупы забираем. Но... человек ко всему привыкает, а работа наша нужная, если, например, трупы сбитых машинами животных не убирать, что же это будет? А бездомные собаки разносят и бешенство, и другую заразу".
На свалке трупы собак сбрасывают в яму-утилизатор Беккари. Это бетонный круглый колодец глубиной метров восемь и диаметром метра полтора, с железной крышкой и замком, "чтобы кого лишнего не кинули", говорят ребята. Эта яма - новая, построена месяц назад. Невдалеке - три старых ямы, уже заполненных, закрытых и засыпанных каустической содой с водой для растворения содержимого. Эта через два-три года тоже заполнится.
Андрей Белобородов, фото автора