В редакцию «Восточного проекта» обратился наш читатель Константин. Он рассказал, что его мать, которая проработала в Горбольнице №2 более 40 лет, заболела пневмонией. И была госпитализирована в родную больницу. Но обращение медперсонала оставляло желать лучшего.

«Мать госпитализировали с двухсторонней пневмонией еще в конце сентября. Позже  у матери подтвердился коронавирус. Она лежала в палате, где находилось 4 пациенток. Лечили мать одним цефтриаксоном, хотя есть же протокол, как нужно лечить при коронавирусе. Отношение персонала оставляло желать лучшего: хамское, грубое. То капельницы ставить отказались… Из-за этого произошел конфликт с медперсоналом.

А потом в палату положили женщину с абцессами, гниющими ранами. Запах был настолько невыносимый, что полночи мама и другие пациенты провели в коридоре. Мы просили перевести мать в другую палату, но безрезультатно.

Мой брат хотел пообщаться с руководством, однако разговора не получилось. И. о. заведующей отделения Наталья Яремчук сразу вызвала полицию и начала нас обвинять в том, чего мы не делали. Мы также написали заявление в полицию. Брат пытался поговорить и с заместителем главного врача больницы, но и там слушать его не захотели.

Мы думаем, что мама заразилась коронавирусом именно на работе. Так неужели она не заслуживает нормального отношения? Мы забрали мать домой, под наблюдение семейного врача. С семейным врачом мама созванивалась».

«Восточный проект» попросил прокомментировать ситуацию заместителя главного врача Горбольницы №2 Елену Жолус. По ее словам, врачи сейчас на передовой и такое отношение к ним недопустимо.

«Эта пациентка ничем обижена не была. Все необходимое лечение ей предоставлялось. Но поведение ее родственников недопустимо. Ее сын ударил нашего медбрата. А еще они обвиняли наш персонал в том, что пропала ампула с лекарством, которая позже нашлась. Они ругались, бегали с камерами…  

Что вы снимаете? Как мы работаем в нынешних условиях? Делаем все возможное, чтобы спасти человеческие жизни? Мы вынуждены были вызвать полицию. В отделении сейчас работает 2 врача. Одному из них за 70, а другой только вышел с больничного после пневмонии. Третий врач болеет, у него пневмония. Скоро лечить будет некому.

Наша больница не лечит больных коронавирусом. У нас есть палаты, в которой лежат пациенты с неопределенным статусом и все. Поэтому после получения ПЦР-теста мы стали искать варианты, куда перевести больную. Мест не было нигде в медучреждениях, в которых оказывают помощь ковидным пациентам. Потом нашлось место в мирноградской больнице. Но когда приехала санавиация, пациентка от госпитализации отказалась. Она написала отказ от лечения в нашем медучреждении и ушла домой. Теперь она будет находиться под наблюдением семейного врача.

И я хочу отметить, что ее родственники являются контактными лицами и должны сидеть дома на самоизоляции, а не бегать по больницам и заражать других людей».

P.S. Позже Константин сказал нам, что никто медбрата и пальцем не трогал. Хотя медбрат разговаривал на повышенных тонах и даже отказывался делать уколы и капельницы. А насчет пропавшей ампулы, то действительно, мама просила купить ей лекарство в аптеке, а принесли одно лекарство, хотя в чеке была оплата за два. Потом оно действительно нашлось, когда мать начала выяснять, где оно.