В последнее время все чаще наших соотечественников едут работать за границу. Некоторым удается устроиться хорошо и получать более высокую, чем в Украине, заработную плату. А некоторые возвращаются домой ни с чем. Об этом наша история сегодня.

В редакцию «Восточного проекта» обратилась молодая краматорчанка Татьяна. Она попросила написать о ее попытке поработать и заработать за рубежом. «Просто хочу рассказать о своей поездке на работу в Польшу. Она была неудачной. Но, возможно, моя история поможет кому-то более внимательно подходить к вопросу трудоустройства за границей», — сказала девушка.

«Работать надо было по 12 часов в день, один выходной — воскресенье»

Татьяне 21 год. До того, как она решила уехать в Польшу, работала продавцом-консультантом в Краматорске. Но захотелось зарабатывать больше, чтобы жить лучше. И Татьяна обратилась в одну из фирм по трудоустройству за границей.

— Поехать работать за границу я хотела давно. Но не получалось. Потом я подсобирала денег и решилась. Я пришла в фирму, поговорила, меня пообещали трудоустроить. Паспорт для выезда за границу у меня был. Но фирма помогала с оформлением разрешения на работу, с медстраховкой, с поиском работы и др. За услуги я заплатила 3800 грн.

Мне предложили работу на заводе, на конвейере перебирать детали. Мне рассказали об условиях работы, оплате труда, о том, где я буду проживать, и даже показывали фотографии. Работать надо было по 12 часов в день, один выходной — воскресенье. Зарплата — в месяц где-то около 13 тыс. грн. Меня все устроило, и я согласилась. 

Также сотрудница фирмы, с которой я сотрудничала, сказала, что по приезде меня встретят, помогут открыть карточку для перевода на нее зарплаты, карточку для связи и т. д. Но когда я приехала, все оказалось совсем не так, как мне обещали.

«Я прошла всю улицу и не нашла дом, потому что такого номера на этой улице просто не было»

Самое страшное было то, что мне дали неправильный адрес дома, в котором я должна была жить. Я прошла всю улицу и не нашла этот дом, потому что такого номера на этой улице просто не было.

Представьте мое состояние — я в чужой стране, языка не знаю, знакомых нет… К тому же я была очень уставшей, потому что добиралась в течение пяти суток. До Киева на поезде, потом автобус в Польшу и там еще две пересадки. Проезд был за мой счет.

Перед отъездом правда в фирме мне дали контакты людей с предприятия, с которыми я должна была связаться. Мне помогла совершенно посторонняя женщина, местная жительница — она позвонила со своего телефона моим работодателям. Они сказали, куда мне надо идти. Когда я наконец-то нашла этот дом, он был закрыт, потому что все люди, которые там проживали, были на работе. А проживали там наши соотечественники, которые тоже приехали на заработки. Это был обычный двухэтажный дом, в котором жили 30 украинцев-гастарбайтеров.

Ближе к вечеру того же дня приехали координаторы, они привезли мне договор на работу и анкету. Один документ был частично переведен на русский, другой — полностью на польском языке. Они сказали, что это мне надо подписать и самостоятельно поехать и открыть банковскую карточку.

Они уехали, я осталась и ждала девушку, с которой я должна была жить вместе в одной комнате. Когда она пришла, я наконец-то смогла заселиться в этот дом и в нашу комнату. Но комната оказалась крохотной, как нора, в ней стоял небольшой шкаф и на полу лежало два матраса.

«Условия конечно для проживания тяжелые, потому что на 30 человек одна ванная, один туалет и одна кухня»

Увиденное привело меня в состояние шока, потому что сотрудница фирмы, которая занималась моим трудоустройством, показывала мне фотографии моего якобы будущего жилья. На фото была нормальная комната на четыре человека с новыми двухъярусными кроватями, постельным, мебелью…

Вообще, условия, конечно для проживания тяжелые, потому что на 30 человек одна ванная, один туалет и одна кухня.

Потом я встретила в этом доме еще двух девушек из Краматорска, которые приехали в тот же день. Оказалось, что они трудоустраивались через тоже агентство, что и я. Мы разговорились, и оказалось, что мне говорили одно, им другое. Им показывали другие фотографии, говорили, что там есть комнаты для семейных.

Позже мы пошли скупиться. В этом поселке на окраине Польши не было ни рынка, ни магазинов. Только один небольшой супермаркет. И цены там были немаленькие. Я купила 1 кг картошки, помидоров и хлеб и потратила в пересчете на наши деньги около 80 грн. Мясо (свинина) там стоило 180 грн. за килограмм, хлеб — 20 грн.

Кое-как мы вернулись в этот дом, потому что по дороге заблудились. Я привела себя в порядок и легла спать. Но сон не шел, я все время думала, как мне подписывать этот договор, в котором я ничего не могу прочитать. В голове все прокручивалась вся эта ситуация.

«В договоре было написано также, что если я нанесу материальный ущерб, то должна буду заплатить штраф»

Жилье кстати, тоже было не бесплатным — по документам значилось 100 злотых в месяц. Но те, кто уже работал, сказали, что могут высчитать и больше — до 200 злотых. Также мне рассказали, что есть и ночные смены, хотя мне об этом в агентстве не говорили. Перерыв за 12 часов работы дается на час. Его рабочие имеют право распределить по своему усмотрению. Многие делят его по 15 минут в течение дня, чтобы успеть хоть что-то поесть и сходить в туалет.

В договоре было написано также, что если я нанесу материальный ущерб, то должна буду заплатить штраф. Кто и как будет высчитывать размер нанесенного ущерба — сказано не было.

Проанализировав ситуацию, я решила не подписывать никаких бумаг и вернуться домой. И на следующее утро я уехала. Больше не хочу даже пытаться трудоустроиться за границей.

«Я хочу пожелать моим соотечественникам быть более внимательными при поиске работы за рубежом»

По крайней мере, пока. Хотя в автобусе по дороге в Украину я познакомилась с девушкой, которая работает в Польше со своим мужем и его другом. У них все хорошо: работают по 8 часов, правда, получают немного меньше, чем мне обещали, — 11 тыс. грн. в месяц, жилье у них хорошее, коллектив тоже. Они уже отработали срок одного контракта, и их приглашают работать еще. Как кому повезет. Вот мне не повезло, к сожалению.

Что касается фирмы — они выполнили все условия договора, трудоустроили, оформили документы. Ну а как дальше — это уже их не касается. Правда, адрес перепутали и приукрасили…

Я хочу пожелать моим соотечественникам, которые захотят поискать счастья за границей, быть более внимательными при поиске работы за рубежом, искать фирмы по трудоустройству, которые имеют проверенную репутацию.

Истории других украинцев

На сайтах rupoland.com и vakansii-v-polshe.com мы нашли истории украинцев, которые уехали работать в Польшу. Они разные — и печальные, и радостные. Предлагаем вам ознакомиться с некоторыми из них.

Ирина, 52 года, Чернигов:

— Уже три года подряд езжу на сезонные заработки в Польшу на сбор ягод. Скажу сразу – работа не для всех и бывает, что люди не выдерживают. Если вы не привыкли работать на земле – эта работа не для вас. Просыпаться надо около 4 утра, ведь уже к 5 надо быть в теплице или на поле. Так как ягоды опрыскивают химией, работать надо в резиновых перчатках. Рабочий день до 17.00 – 18.00. Обед – с часу до двух. Да, работать приходится много, но и зарплата достойная – за 2 месяца зарабатываю «чистыми» от 3000 евро. А по нынешнему курсу – это больше моей годовой зарплаты.  

Андрей, 44 года, Ровно:

— Лучшим вариантом для меня оказалась работа в Польше на строительстве дорог. Работу назвать легкой нельзя, но и зарплата приличная – более 4000 злотых в месяц, правда, за проживание и питание приходилось отдельно оплачивать порядка 600 злотых.

Антон, 32 года, Днепродзержинск:

—  Работал 6 лет в мясном цеху. Предложили поехать в Польшу обвальщиком мяса. По приезде определили в цех на жиловку. Втянулся быстро. Радует то, что знаешь свой ежедневный заработок (получаем от выработки). За первый месяц вышло порядка $700. Дальше – больше. Так что, в итоге очень доволен.

Українець:

— М’ясокомбінат «GZELLA» в селищі Osie в Поморсько-Куявському воєводстві. Приїхав від київського агентства... Ця фрау виконує функції зазивали. Оповідає про високі з/п ( від 800€) на банківську картку з авансом, людські умови праці і т. п. Насправді між мною і заводом знаходилася фірма-прокладка «Accord-meat», котра займалася працевлаштуванням людей з СНД та платила нам з/п. До самого заводу питань немає. Чисто, стерильно, без жодних запахів, працювати можна. Та реальна оплата була 8 зл., а підвищення хоча б на 1 зл. по з/п можна було отримати через півроку. Проживання в хостелі по 19 чоловік у залі з кухнею разом. Виспатися неможливо, тому що постійно хтось готується до своєї зміни і дзвін посуду не дає в повній мірі відпочити. З/п видавали раз на місяць налом, і треба було ще й годинами стояти в черзі. Люди при отриманні з/п часто сперечались до піни з рота, бо тільки зараз дізнавались, що їм були нараховані кари (штрафи) якісь, типу, запізнився або присів під час роботи. Моя з/п становила 400$ максимум, при тому, що працювали непогано. За переработки ставку не підвищують, що 12 годин, що 24 години праці, все по 8 зл. Два рази мене просили добу попрацювати (24 год). Діватись нема куди, відробив. Але коли прийшлось пропрацювати 36 годин…. я додому йшов без пульсу, а керівніця навіть не поцікавилася моїм самопочуттям. Івасішина на дзвінки не відповідала, а коли я їй повідомлення відіслав, то відповіла грубістю, типу, вчіть польську і не відволікайте мене. Ті люди, яких вона сюди присилала, були в дикому шоці, і пробувши кілька тижнів, по отриманні зарплати виїзджали додому. Такі справи.

Цифры

По данным сайта rupoland.com, до войны приезжие из восточных областей Украины составляли около 6% от общего числа мигрантов, а основная часть украинцев приезжали из Тернопольской, Львовской и других западных областей. На сегодня с востока Украины происходят около 28% мигрантов.

Еще до войны на Донбассе в Польшу приезжали преимущественно женщины, которые работали домохозяйками, а средний возраст мигрантов составлял 43 года. Новая волна отличается от предыдущей. Согласно данным Польского национального банка, на сегодня 58% приезжих – это молодые мужчины со средним возрастом 33 года, причем каждый восьмой даже не достиг 25 лет.